Главная   Контакты
Авторизация
логотип маленький.jpg
Учебно-научный центр нартоведения и полевой фольклористики АГУ




Кукба В. И. Сказка как социальный фактор.
ВИКТОР КУКБА

СКАЗКА КАК СОЦИАЛЬНЫЙ ФАКТОР

Диалектический материализм, как единственный научный метод познания и осмысления действительности, в настоящее время в СССР стал основным методом на всех участках научно-исследовательской деятельности. Однако, далеко не все отрасли науки идут вперед такими темпами, которые необходимы в наши дни. Позже всех приступило к перевооружению народное устное творчество - фольклор.
Несмотря на то, что в последнее время имеются определенные методологические сдвиги в изучении фольклора, все же оживлению последнего наши руководящие научные круги пока что уделяют очень слабое внимание.
Значение изучения и разработки фольклора в наших условиях не всем понятно. На исследователей фольклора многие смотрят как на людей, занимающихся архаикой, как на коллекционеров - собирателей «народной старины».
Многие забывают или не замечают того, что устное народное творчество живет, развивается и сейчас полной жизнью, сообразно новой обстановке, новым условиям в различных социальных слоях. Фольклор, являясь бесписьменной литературой, играет такую же классово-идеологическую роль, как и письменная литература.
Фольклор в широком смысле этого слова является «отражением явлений природы, борьбы с природой и отражением социальной жизни в широких художественных обобщениях, которое неизбежно возбуждалось процессами труда и всею суммой явлений социальной жизни древних людей» (Горький. Доклад на 1-м съезде советских писателей). Прослеживая богатейший абхазский фольклор, мы ясно видим целый ряд различных ступеней общественного развития.
В фольклоре мы всегда видим стремление трудового слоя населения облегчить свой труд, усилить его продуктивность, вооружиться против своих эксплуататоров, а также силою слова, приемов «заговора» и заклинаний повлиять на стихийные, враждебные людям, явления природы. Последнее особенно важно, ибо показывает как глубоко люди верили в силу своего слова, а вера эта объясняется вполне реальной пользой речи, организующей социальные взаимоотношения и трудовые процессы людей. До сих пор у абхазов сохранился особый язык, так называемый «охотничий язык». Абхазы-охотники, охотясь в горах не говорит обычным языком, а говорят специальным охотничьим языком, который существует с древнейших времен. Они не называют зверей и вообще все, что окружает их настоящим именем в процессе охоты; более того, поведение их абсолютно отличается от поведения вне процесса охоты. По представлению охотников, удача их в охоте будет зависеть от того, насколько правильно они будут соблюдать свое поведение и охотничий язык. Все это направлено на то, чтобы повлиять своей речью и другими приемами на духа - покровителя зверей.
Таким же стремлением повлиять на природу, например, при засухе, у абхазов до недавнего времени было обращение в стихотворной форме к «всевышнему». Обычай этот в большинстве случаев проводился молодежью.
Вот текст этого обращения:

Дзиоу! Дзиоу! Дзарикуакуа маркылдыш!(1)
Дочь владетеля жаждет.
Немного воды, немного воды!
Из-за немного мы не продаем,
При обилии - мы продаем.

Можно было бы привести десятки таких примеров из абхазского фольклора, направленных для воздействия на природу и окружающую среду, где человек был бессилен среди явлений внешнего мира, не познанных им. Такие приемы и обычаи воздействия на природу людей, стоявших на самом низком уровне знаний, для нас сейчас кажутся странными, а подчас смехотворными, но тогда, по представлению предков, они были вполне реальными и единственными.
При внимательном изучении фольклора можно всегда легко открыть его практическую цель и практическое начало, и началом этим «всегда было стремление людей облегчить свой труд. Совершенно ясно, что это стремление было внесено в жизнь людьми физического труда» (Горький).
Как на один из таких примеров из абхазского фольклора можно указать на «Песню быков» (ацәқәа рашәа), «Песню тохи» (аҽаг ашәа).
Таким стремлением из абхазского фольклора были созданы «Песня быков» (ацәқәа рашәа) и «Песня тохи» (аҽаг ашәа).
Старые исследователи смотрели на фольклор с точки зрения литературоведения, избегая генетических вопросов. Тем самым затушевывалось действительное значение его в истории развития человеческого общества.
Фольклор представляет собой художественное обобщение практической деятельности человека с древнейших времен, когда человек стал в состоянии излагать свои мысли звуковой речью. Этим мы не хотим сказать, что в дошедшем до нас фольклоре мы имеем в неизмененном виде творчество человека с момента звукового оформления его речи. Фольклор, как и всякая надстройка, изменялся и изменяется, отражая мировоззрение, быт, нравы, обычаи, художественно оформляя идеологическое и практическое направление того социального строя, среди которого он бытует.
Фольклор дает богатейший материал по языку, по истории, этнографии, а также данные о мышлении.
С этой точки зрения фольклористика в условиях социалистического строительства выходит из рамки литературоведческого интереса.
Сказку в фольклоре принято считать наиболее устаревшей, социально пассивной. Но этот взгляд далек от истины. Сказка создается и оформляется и на наших глазах, отражая классовую борьбу и, более того, является одним из существенных ее орудий. На сказку нельзя смотреть как на художественное творчество некой однородной массы, «крестьянской массы», отражающей психологию какой-то, над классовой категории. Публикуемые впервые в этом сборнике абхазские сказки и предания, в большинстве сложились в период родового и феодального строя. Поэтому они и отражают быт и жизнь современной им эпохи. Отражение современности в этих сказках исследователь не найдет. Данные материалы в этом сборнике по своему идеологическому направлению чужды современности. Но все же этот впервые публикуемый материал дает художественное отражение соответствующих экономических и политических взаимоотношений в эпоху родового и феодального строя и представляет определенный интерес для историка и литературоведа как иллюстративный материал.
Говорить о сказке, как о выразителе какой-то общекрестьянской психологии не приходится.
Как мы уже сказали раньше, сказка - это целый ряд ступеней общественного развития, жизни и быта наших предков.
Некоторые сказки несут в себе элементы расслоения крестьянства. Это находит себе выражение в самом выборе материала сказочником (репертуар - показатель круга его интересов и вкуса) в подходе к этому материалу, в отношении к нему исполнителя, как представителя определенной классовой прослойки.
В сказках о владетельных князьях, про которых много говорится в этом материале, обнаруживают социально-дифференцированную психологию исполнителя, заставляющую отнести его к определенной гpyппe крестьянства.
В ряде сказок это расслоение крестьянства выражается особенно ярко. Так, сказки, героем которых является слуга, у которого царь или князь старается отобрать его красивую жену, могли развиваться и бытовать, главным образом, в среде беднейшей части крестьянства. Сюжет этих сказок, по большей части, построен на столкновении интересов эксплуататорской части деревни и беднейшего крестьянства. Первый старается забрать все, что выгоднее для себя, что имеется у второго, вплоть до красивой жены. Если на предложение царя или князя, слуга не согласен, то разгневанный царь дает ему выполнить непосильные задачи и в случае невыполнения рубит ему голову и берет его жену. Задачи эти таковы: слуга должен пойти к покойному отцу царя узнать у него, где он спрятал свое «золотое кольцо и золотой котёл». У царя имеются все средства, чтобы привести в исполнение свое желание. Но и слуга старается оградить себя и наказать царя за жестокость. Он получает от жены клубок нитки, который ведет его к отцу царя, находящегося в аду, где его черти заставляют нести полный мешок песку и бьют тогда, когда он от усталости падает. Узнав у него где он спрятал золотое кольцо и золотой котел, слуга возвращается домой. Царь удивляется, но все же не останавливается на этом. Он предлагает слуге достать ему такую вещь, которую пока никто на свете не видел. Но и здесь на помощь слуге приходит его жена. По совету своей жены, после долгого странствования и приключений, слуга получает волшебную коробочку, которая способна выполнить любое желание, воздвигнуть дворец, выставить любое количество войска и т. п., а при помощи друга - «Мишки», он в состоянии кормить любое количество армии. При возвращении домой слуга воздвигает себе дворец лучше чем у царя. При попытке царя овладеть этим дворцом силой войска, слуга при помощи волшебной коробочки выставляет столько войска, что оно уничтожает все войско царя и его дворец.
Такая сказка, которая говорит об избиении царей, о победе слуги могла бытовать только в среде беднейшей части крестьянства, ненависть которого была направлена на привилегированный класс.
Два брата (см. сказку «Два брата»), после раздела, в силу объективных экономических условий, оказываются отброшенными к разным социальным слоям. Старший богатеет, а младший беднеет. Наличие симпатии к бедному брату говорит в какой среде эта сказка культивировалась и чьи интересы она выражала.
Огромный цикл сказок, существующих среди абхазского населения о попах, случае с попадьей и псаломщиком и различные анекдоты, определенно направлено на враждебное отношение к христианскому духовенству и церкви.
В таких сказках ярко рисуются первыми нарушителями христианской проповеди, христианской морали, сами духовные служители - попы и псаломщики. Наряду с этим выпячивается вопрос о взяточничестве попа и драка его с псаломщиком из-за дележа принесенных в церковь съестных припасов.
Такие сказки о попах обнаруживают социально-дифференцированную психологию исполнителя, относя его к определенной социальной группе крестьянства.
Насильственное гонение при царизме абхазского крестьянства в праздничные дни в церковь, не могло не отразиться в абхазском фольклоре. Абхазский батрак, выгнанный своим хозяином, идет искать себе работу. Вдруг он видит церковь, окруженную стражниками. Он входит туда и видит, что поп очень страстно читает проповедь, но никто его не слушает. Публика в церкви шумит, выражая недовольство, и с нетерпением ждет, когда проповедь кончится. Батрак стал спокойно смотреть на священника, сделав вид, что он его слушает. Спустя некоторое время батрак заплакал. Поп заметил плачущего и решил, что его проповедь повлияла на него, и стал публике примером выставлять его: «вот мол, видите, каким надо быть богомольным и примерным». Когда служба кончилась, поп забрал все принесенные ему съестные припасы и пригласил к себе на обед батрака. Батрак, конечно, не отказался. Поп был очень доволен, что хотя одного из крестьян на свою сторону привлек, но все же решил выяснить, почему батрак плакал. На его вопрос батрак ответил: «Когда ты говорил - тряслась твоя борода, сильно напомнившая мне бороду моего козла, которого на днях волки съели. Вспомнив это, я заплакал. Действительно ты страшно похож на моего козла». Поп рассердился и выгнал батрака.
Эта сказка ясно говорит за то, в какой среде она бытовала.
Но не всегда так отчетливо выступает социальная направленность сказки. Это объясняется, конечно, тем, что многие сказки проходят через множество уст и каждый исполнитель оставляет на ней свой тот или иной отпечаток.
Но сказка не только пассивно отображает социальное отношение. Она используется и в классовой борьбе чрезвычайно ловко, идеологически влияя на определенную массу, особенно на подрастающее поколение.
Распространению сказок и любовь к ним способствовали сами условия, существовавшие в Абхазии - широко развитая взаимопомощь, как в труде, так и при радости и горя; при уборке урожая во время организации коллективной помощи (ауааҳәура) крестьяне с большой охотой собирались слушать сказку. В долгую зимнюю ночь родители обычно развлекали своих детей сказками.
Сказка играла чрезвычайно большую роль в деревне. Она служила книгой, которая привлекала внимание массы, заменяя кино, спектакль и т. д.
В горных местностях, где население занимается скотоводством, на целое лето уходит в горы, сказка также, наряду с разнообразными спортивными играми и танцами играет немаловажную роль.
Кулацкая часть деревни тоже использует сказку в своих интересах, выражая в ней свою психологию и стремясь воздействовать на массы. При помощи сказки кулак стремится проповедовать полную покорность судьбе, против которой, мол, ничего не поделаешь. Проследим это на конкретном материале. В сказке «Бедняк, искавший причину своей бедности», видим это очень ясно. Она начинается примерно так: «Жили были три брата. Двое были богаты, а младший был беден. Как он не выбивался из силы, все же не мог разбогатеть. Это его очень огорчало.
«Братья мало работают и богатеют. Я же в поте лица работаю и не могу выбиться из бедности» - думал он. Наконец, он решил побродить по свету, поискать счастья и выяснить почему так получается у него в жизни. Отправился в дальний путь. По дороге встретил человека.
- Куда путь держишь? - спросил он бедняка. - Иду узнать, почему мои братья мало работают и богатеют, а я тружусь всю жизнь и остаюсь бедняком, - сказал бедняк.
- Иди, по дороге увидишь человека, который работает с киркой, поздоровайся с ним, он тебе ничего не ответит, но ты возьми в стороне лежащую от него кирку и поработай с ним. Вечером отправляйся с ним туда, куда он пойдет, - посоветовал ему прохожий.
Бедняк ушел от него. Действительно, он видит человека, работающего с киркой. Бедняк поздоровался с ним, но тот ничего не ответил и продолжал работать.
Бедняк взял в стороне лежавшую кирку и стал работать с ним.
Когда настал вечер, молчаливый человек ушел с работы и бедняк пошел с ним.
Вошли они в один красивый двор, поднялись в богатую «акуаскиа»(2), молча помыли руки, поужинали сытно и легли спать. В полночь кто-то постучал и спросил:
- Какую судьбу определишь родившимся детям в эту ночь?
- Пусть будет им хорошая жизнь, какую я имею в эту ночь, - ответил молчаливый человек. Бедняк не спал и все слышал.
Утром снова пошел на работу. Работали молча до вечера, а затем молчаливый человек направился по другой дороге к другому дому. Бедняк последовал за ним. Там снова помыли руки в луже воды, зашли в старый ветхий дом. На столе лежал подгорелый чурек, поели и легли спать полуголодными, положив под себя шкуры. В полночь снова кто-то постучал и спросил:
- Какую судьбу определишь родившимся детям в эту ночь?
- Да будет им такая жизнь, какую я имею в эту ночь, - ответил опять молчаливый человек.
Утром покушали остаток чурека и снова пошли на работу. Вечером молчаливый человек направился прямо к морю. Бедняк опять последовал за ним Не доходя до моря, неизвестный остановился и обратился к бедняку с вопросом: - Куда идешь? Тот рассказал, что у него есть братья, которые мало работают, но все же богатеют, а он много работает, но все же остается бедняком. Причину этого и хочет узнать.
- Дело в том, - ответил молчаливый человек, - что братья твои, родились в такую ночь, которая предопределила им быть богатыми. Ты видел в каком хорошем доме мы в первый раз ночевали? В таком богатом доме будут жить твои братья, а ты родился в другую ночь и она предопределила тебе жить в бедности. Ты видел в каком бедном доме мы ночевали вторую ночь? В таком бедном доме судьба предопределила тебе жить до смерти. Возвращайся домой и работай, так угодно судьбе. Я же иду к морю. Все дети, родившиеся в эту ночь, должны утонуть. Таков рок судьбы.
В этой сказке явно видно оправдание бедняцкого положения волей сверхъестественной силы, потому борьба с ней бесполезна.
Таким образом, как мы выше упомянули, сказка не остается пассивным отображением социальных и природных явлений, а играет активную роль, направленную на воздействие слушающей массы.
Рассказчики используют ее в прививании идеологических воззрений своим слушателям. С этой точки зрения небезынтересно отметить существование унизительного отношения к женщине среди абхазов в ту пору, когда оформилась сказка «Бог охоты и сова».
Эта сказка является ярким иллюстративным материалом в этом отношении. Бог охоты созывает всех диких зверей и птиц для того, чтобы по предложению жены сделать дом исключительно из костей дичи. Сова является позже всех. На вопрос бога охоты, почему так долго сова задержалась, отвечает, что она «исчисляла количество живых и мертвых». Когда же бог охоты опять спросил: «кого больше, живых или мертвых», то сова говорит ему: «когда сосчитала живых, а также мертвых, то оказалось, одинаковое количество, но когда прибавишь к числу мертвых того человека, который поверил своей жене, то количество мертвых стало больше на одного, чем живых». После этого бог охоты осознал свою ошибку и распустил дичь по домам, а сове на каждый день предназначил по одной птице на съедение. Съеденные же попадают в рай. Вот почему на сову нападают птички и кричат: «Меня кушай, меня кушай». Так кончается сказка.
В этой сказке основной идеей является желание подчеркнуть то, что, женщина не должна вмешиваться в общественные дела. Она, как вещь, должна быть при доме, делать все, что приказывает муж и покорно повиноваться ему. Этот патриархальный взгляд обосновывается в обращении птичек к сове. Отличительные черты животных и птиц обосновывается разными легендами и сказками, напр., красные ножки у голубя и горлицы объясняют тем, что они садились на кровь Нарта Сасрыкуа, которая текла из поломанной его ноги. Или же волк силен потому, что Сасрыкуа передал ему силу своего мизинца, тронув его. Таких примеров бесконечное множество.
Абхазским сказкам абсолютно чужд пессимизм. Герои, какие бы ужасы они не переносили, в каких бы то ни было тяжелых условиях они не находились, какие бы то непосильные задачи им ни приходилось выполнять - не знают упадка духа, подавленного настроения. Почти всегда мы встречаем бодрость и уверенность героя в победе над всеми враждебными ему силами. Герой сказки «Дурак», презираемый даже отцом и братьями, всегда оказывается победителем всех житейских невзгод. Или всеми признанный трус, выходит победителем целых армий, выигрывает неоднократно в походах, в силу чего делается владетельным князем, умным и все к нему обращаются за советами, без него не решают ни одного дела и т. п. Таков тип героя в сказке «Геройство Сажаргала».
Задача изучения абхазского фольклора всесторонне, детально изучить его идеологическое влияние на окружающую среду. Надо проследить как отражается в нем расстановка классовых сил в деревне, какими средствами он оперирует, с чем надо в нем бороться и как может и должен он быть использован. Надо использовать фольклор как орудие в процессе социалистической переделки сознания людей.
Настоящий сборник является первым сборником материалов абхазских сказок, сложившихся в дореволюционный период. На очереди стоит запись советского фольклора. Сравнительный анализ собранных материалов с последующими собираемыми материалами даст возможность рассматривать сказку не в статике, а в ее движении.

20/XII- 34.


1 Обращение к Дзиоу, покровительнице дождя.
2 Абхазский деревянный дом, построенный на столбах.

В. И. Кукба. Избранные труды. Сухум - 2007.